АЛЕКСАНДР НИКОНОВ ЖИЗНЬ И УДИВИТЕЛЬНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НУРБЕЯ ГУЛИА ПРОФЕССОРА МЕХАНИКИ Этот роман прямолинейная истина о необычайных приключениях знаменийтешего отечесвенного ученого и изобретателя Жизнь такого человека поразительным образом протекла сквозь калейдоскоп исторических эпох. Детство с унижениями издевательствами, а далее и местью за это позже спорт, секс, браки и разводы богатые возлияния, встречи со звездами амурные истории. Наука и мистика, таинственные инцидента розыгрыши и авантюры, наконец, легко озорства ничто не имелось чуждо нашему герою. Это и немалое иное настолько лихо замешано в одном человеке, что на его образчике можно равняться обобщенный портрет целого поколения интенсивно воздействующего на передовую жизнь И еще прочитав этот роман, вы с изумлением узнаете, сколько внезапных скелетов в шкафах может закулисно храниться у ваших вполне добропорядочных и респектабельных известных Вступление творца Герой такого повествования мой давнишний приятель Нурбей Гулиа человек заманчивый и разносторонний. Он теоретик, но не Ньютон, изобретатель, но не Эдисон, инженер, но не Шухов, педагог, но не Макаренко. Он штангист, но не Власов, культурист, но не Шварценеггер, морж, но без клыков и усов. А, помимо того он страстный любовник но не Дон-Жуан авантюрист, но не Калиостро, пьяница, но не Гаргантюа, развратник, но далеко не маркиз де Сад или Захер-Мазох Продолжая далее, можно констатировать, что он отличный рассказчик но не Андроников писатель но не Чехов корреспондент но, простите, не Никонов.
Он демократ, но пылкий почетатель Сталина, добряк, но родственник Берия убежденный домосед но успел пожить как минимум в пяти городах и переменить десятки жилья Он панически страшится самолетов, но успел облететь местность от Западной Европы до Южной Кореи. Он пережил пакт о ненападении с Германией, далее войну с ней и послевоенный расцвет государства.большим трудом вынес он смерть возлюбленного основателя народов Сталина, после чего, уже тихомирно и обречено следил обрушение великолепия и пафоса страны при Маленкове, Хрущеве, Брежневе, Андропове, Черненко и ее распад при Горбачеве. Он оберегал Белоснежный дом в 1991 при ГКЧП а потом приветствовал обстрел его в 1993 г После чего бесповоротно разочаровался в политике впрочем инстинктивно побаивался как новоявленных фашистов так и старорежимных коммунистов Выпивка с Н.это уникальное явление. Каким-то неведомым образом вино столь обостряло его память и придавало красноречия, что он, аналогично Цицерону начинал произносить многочасовые речи-мемуары, подробности коих вызывали восторг. Он умудрялся даже запомнить то, что происходило еще до его рождения, так произнести при нахождении во внутриутробном состоянии. Но, трезвея, он напрочь запамятывал практически все, о чем говорил. Однонепосредственно что вино столь растормаживало его мозжечок, что память накоротко соединялась с языком минуя всякие там контролирующие центры мозга Выходило что воспоминания его имелись стопроцентной правдой, коию маловероятно услышать от человека в рациональном уме кой или невольно щадит и оправдывает себя, либо, как Эдичка Лимонов, мазохистически втаптывает себя в грязь Я часто встречался, а, следовательно другого и иметься не могло, выпивал с моим другом, так что историй и повествований выслушал предовольно.
Еще раз прикаюсь на сей раз основательно, что я закулисно записывал эти рассказы на карманный диктофон Но как-то я спросил у Н. на то позволения, причем именно во время его рассказа На что рассказчик гневно сверкнул на меня глазами и провозгласил Делай, что хочешь, но не перебивай, а то убью При таком он живописно посмотрел на висящую на стене потомственную шашку, срубившую по-видимому немало янычарских голов К счастью на моем диктофоне сохранился и упомянутый диалог, так что я сумею предъявить его моему приятелю и герою повествования, когда он, прочитав прописанное о нем, будет носиться за мной с вышеупомянутой шашкой Мне кажется что читателю заманчиво будет прочитать беспристрастную, дословно фотографическую историю достаточно интересной, разносторонней и пикантной жизни ученого, изобретателя, и т.У каждого человека, как говорят, наблюдается свой скелет в шкафу.жизни моего героя этих скелетов много и шкафы при таком так же разнообразны, как и позы окружающих в них скелетов Жизнь товарищи обильнее всяческих вымыслов как произнес бы основатель народов товарищ Сталин.